На нашей даче точно кто-то живёт. Мой муж скрывал от меня что-то, я решила разобраться и поехала на дачу ничего не сказав…
На нашей даче точно кто-то живёт. Мой муж скрывал от меня что-то, я решила разобраться и поехала на дачу ничего не сказав…
Чемоданы были собраны и ждали у выхода, авиабилеты лежали на комоде. Оксана еще раз просмотрела список необходимых вещей, попутно уточнив прогноз погоды в месте отдыха. Долгожданный отпуск должен был начаться завтра утром.
— Виктор, ты не забыл про паспорта? — обратилась женщина к мужу, который возился с чемоданом, пытаясь закрыть его.
— Все на месте, положил во внешний карман. Страховку тоже туда положил.
— Прекрасно. Осталось решить вопрос с цветами на даче.
Муж поднял голову и вытер пот со лба.
— Что случилось с цветами?
— Они завянут, если их не поливать. Две недели без воды для них критично.
— И что делать? Попросить соседей?
Оксана задумалась. Соседи по даче – люди в возрасте, им самим тяжело справляться со своим хозяйством. Не хотелось их утруждать.
— Придумала! Отдам ключи твоей маме. Пусть приезжает раз в три дня и поливает цветы в теплице.
— Отличная мысль, — согласился Виктор. — Мама обожает возиться в саду.
Вечером Оксана позвонила свекрови, Маргарите Степановне.
— Здравствуйте! Мы завтра улетаем в отпуск. Вы не могли бы присмотреть за дачей? Нужно пару раз полить цветы.
— Конечно, дорогая! С большим удовольствием! Когда передать ключи?
— Могу прямо сейчас подъехать, если не поздно.
— Вовсе не поздно. Жду.
Оксана взяла ключи и поехала к свекрови. Маргарита Степановна встретила ее с улыбкой и предложила чай.
— Вот ключи от калитки и дома, — Оксана положила связку на стол. — Цветы в теплице, лучше поливать их вечером. Больше ничего делать не нужно.
— Хорошо, милая. А как долго вы будете отдыхать?
— Две недели. Вернемся пятнадцатого числа.
— Замечательно! Хорошо вам отдохнуть и загореть. А о даче не беспокойтесь, все будет в порядке.
— Спасибо вам большое!
Утром Оксана и Виктор отправились в аэропорт. Вылет был назначен на восемь тридцать, поэтому нужно было пройти регистрацию в семь. Сборы прошли без спешки, все документы были на месте.
— Наконец-то, — выдохнула Оксана, устраиваясь в кресле самолета. — Два года не были в нормальном отпуске.
— Да, действительно пора, — согласился Виктор. — Работа просто измотала.
Море встретило их теплом и ласковыми волнами. Отель оказался уютным, а из номера открывался прекрасный вид на побережье. Первые три дня Оксана только загорала и купалась, стараясь ни о чем не думать. На четвертый день Виктору позвонили.
— Алло, мам? Да, мы отлично отдыхаем. Погода прекрасная.
Оксана лежала рядом на шезлонге и слушала разговор вполуха. Свекровь просто интересовалась, как у них дела, что они едят и не сгорели ли они на солнце.
— Хорошо, мам. Да, конечно. Как скажешь.
Муж положил трубку и потянулся за бутылкой с водой.
— Мама спрашивала, как дела.
— А что она сказала про дачу?
— Сказала, что все в порядке, цветы поливает.
— Замечательно.
На седьмой день отпуска свекровь позвонила снова. Оксана только вернулась с пляжа, а Виктор сидел на балконе.
— Да, мам, я тебя слушаю… Ага… Понятно… Хорошо, как скажешь.
Разговор длился дольше обычного. Оксана успела принять душ и переодеться, а муж все еще разговаривал с матерью.
— Что так долго? — спросила Оксана, когда Виктор наконец закончил разговор.
— Да так, обсуждали всякую ерунду. Рассказывала о соседях.
— А что-нибудь говорила о даче?
— Говорила. Все в порядке.
— Хорошо.
Остальные дни отпуска прошли без происшествий. Оксана успела прочитать две книги, которые брала с собой уже полгода. Виктор научился нырять с маской. Вечерами они гуляли по набережной и ужинали в кафе с видом на море. Возвращение домой было тяжелым. Серое небо, дождь, прохладный ветер – полная противоположность солнечному курорту.
— Хочу обратно, — вздохнула Оксана, выходя из аэропорта.
— Я тоже. Но отпуск закончился, пора возвращаться к реальности.
Дома Оксана разобрала чемоданы, развесила вещи и загрузила стиральную машину. Виктор проверил электронную почту и оплатил накопившиеся счета.
— Слушай, давай завтра съездим на дачу? — предложила Оксана за ужином. — Посмотрим, как там дела, и поблагодарим маму.
— Завтра? — Виктор замялся. — Может быть, лучше чуть позже? Я устал с дороги.
— Хорошо, тогда послезавтра.
— Да, послезавтра будет лучше.
Через день они поехали на дачу. Участок выглядел обычно – трава немного подросла, но не критично. Оксана открыла калитку и пошла к дому.
— Вроде бы все нормально, — оглядываясь, сказала Оксана.
— Да, мама хорошо присмотрела за всем.
Оксана вошла в дом и пошла на кухню. На столе стояли тарелки, которых раньше не было. В раковине лежала незнакомая кружка. На подоконнике валялись детские раскраски.
— Виктор, кто был на даче? — спросила Оксана.
— Как кто? Мама приезжала поливать цветы.
— А откуда эти вещи?
Муж зашел на кухню и посмотрел на стол.
— Наверное, мама оставила. Или… не знаю.
— Детские раскраски оставила мама?
— Может быть, она приезжала с внуками.
— С какими внуками? У нас нет детей, а у Лены дети еще маленькие.
— Ну… может быть, это вещи Лениных детей.
Оксана нахмурилась. Что-то было не так, но она не могла понять, что именно. В спальне на кровати лежала чужая подушка. В ванной стояла незнакомая зубная щетка. На веранде висело полотенце, которого раньше здесь не было.
— Виктор, здесь явно кто-то жил, — сказала Оксана. — Не просто приезжал поливать цветы.
— Не знаю, может быть, мама решила провести здесь пару ночей. Ей же нравится на даче.
— Но она ничего не говорила о том, что собирается здесь жить.
— Ну и что? Дача все равно пустовала, пока мы были в отпуске.
— Дело не в том, пустовала она или нет. Дело в том, что нас не предупредили.
— Зачем предупреждать? Мама же не чужая.
Оксана промолчала, но у нее остался неприятный осадок. Они убрали вещи, привели дачу в порядок и вечером вернулись домой. Через неделю Оксана пошла на почту, чтобы забрать накопившуюся корреспонденцию. Среди писем и рекламных буклетов она нашла квитанцию на оплату коммунальных услуг на даче.
— Что это? — пробормотала Оксана, глядя на цифры.
Обычно счет за электричество и воду составлял полторы-две тысячи рублей. В этот раз сумма была почти шесть тысяч.
— Наверное, какая-то ошибка, — подумала Оксана.
Дома Оксана внимательно изучила квитанцию. Показания счетчиков были переданы правильно, тариф не изменился. Но расход электроэнергии и воды оказался в три раза больше обычного.
— Странно, — пробормотала женщина. — Мы ведь не пользовались дачей две недели.
За ужином Оксана показала квитанцию мужу
— Виктор, посмотри на это, — Оксана положила квитанцию перед мужем. — Объясни мне, как за две недели расход воды и электричества вырос втрое?
Виктор взял бумагу, бегло просмотрел цифры, пожал плечами:
— Может, счётчики барахлят? Или ошибка в расчётах.
— Я проверила: показания верные, тариф не менялся. Это не ошибка.
Муж отложил квитанцию, взял вилку и принялся за еду, словно тема была исчерпана. Но Оксана не собиралась отступать.
— Виктор, ты понимаешь, что это значит? На даче кто‑то жил. Долго и основательно. Полив цветов не объясняет такой расход.
— Ну мало ли… Может, мама пригласила кого‑то из подруг. Они приехали, помылись, чай попили…
— Чай? — Оксана сжала край скатерти. — Три чайника в день две недели подряд? Или, может, они стиральную машину гоняли каждый день? А душ принимали по часу?
Виктор замолчал, избегая её взгляда. В кухне повисла тяжёлая пауза.
— Ты что‑то знаешь, — тихо сказала Оксана. — Почему ты уходишь от разговора?
— Ничего я не знаю! — резко ответил он, но тут же сбавил тон. — Просто не хочу искать проблемы там, где их нет. Мама позаботилась о даче, и спасибо ей. Чего ещё надо?
Оксана встала, отодвинув тарелку.
— Мне надо съездить туда ещё раз. Одна.
— Зачем? — Виктор поднял глаза. — Мы же всё убрали, порядок навели.
— Хочу осмотреть дом внимательнее. И поговорить с соседями. Может, они что‑то видели.
— Оксан, ну правда… Давай не будем раздувать из мухи слона.
Но она уже приняла решение.
На следующий день Оксана приехала на дачу рано утром. Соседи — пожилая пара — оказались на участке.
— Здравствуйте! — окликнула их Оксана. — Не подскажите, вы не замечали, кто бывал здесь, пока мы были в отпуске?
Соседи переглянулись. Наконец, Анна Петровна осторожно сказала:
— Так ведь твоя мама приезжала. И… ещё одна женщина. С ребёнком.
У Оксаны похолодело внутри.
— Какая женщина? Когда?
— Да почти каждый день. Молодая, стройная, с кудряшками. Мальчик лет пяти с ней. Они то во дворе играли, то в дом заходили. Мы думали, это твои родственники.
— Нет, — прошептала Оксана. — Это не мои родственники.
Она вернулась в дом, обошла каждую комнату. В детской, которую они с Виктором планировали когда‑нибудь обустроить для своих детей, на полу лежали забытые игрушечные машинки. В шкафу — пара детских вещей. В ванной — ещё одна зубная щётка, маленькая, с нарисованным динозавром.
Оксана села на кровать, сжимая в руках плюшевого зайца, которого явно оставили в спешке. В голове крутились вопросы, но ответ был один — тот, которого она боялась больше всего.
Вечером, когда Виктор вернулся с работы, Оксана ждала его на кухне. Перед ней лежала та самая квитанция и детская зубная щётка.
— Объясни мне, — тихо, почти шёпотом сказала она, — кто эта женщина и чей ребёнок жил на нашей даче?
Виктор замер в дверях. Лицо его побледнело. Он открыл рот, будто хотел что‑то сказать, но вместо этого опустился на стул.
— Это… — он сглотнул. — Это моя дочь. От первого брака. Ей пять лет.
Оксана почувствовала, как земля уходит из‑под ног.
— У тебя есть дочь? И ты молчал?
— Я не молчал… Я просто… не знал, как сказать. Она живёт с матерью в другом городе. Но в этом месяце бывшая жена легла в больницу, и я взял Лизу к себе. Не хотел оставлять её в квартире одну, вот и привёз на дачу.
— И ты не посчитал нужным мне об этом рассказать? — голос Оксаны дрогнул. — Ты прятал её, как будто это что‑то постыдное!
— Я боялся, — честно признался Виктор. — Боялся, что ты не поймёшь. Что будешь злиться. Мы так долго пытались завести ребёнка… Я думал, это будет больно для тебя.
Оксана закрыла глаза. В груди бушевала буря — обида, гнев, но и что‑то ещё. Что‑то, что заставляло её смотреть на эту историю иначе.
— Ты должен был мне довериться, — сказала она наконец. — Мы семья. А ты превратил нашу дачу в тайное убежище.
Виктор поднялся, подошёл к ней, осторожно взял за руку.
— Прости. Я всё испортил. Но я хочу исправить. Давай познакомимся с Лизой. Она хорошая девочка. И она заслуживает того, чтобы у неё были и папа, и… и ты.
Оксана посмотрела на него. В его глазах была искренность — та, которой ей так не хватало все эти дни.
— Хорошо, — выдохнула она. — Но сначала ты поедешь со мной на дачу. Мы уберём всё, что осталось. И потом… потом поговорим с Лизой. Вместе.
Виктор кивнул, сжимая её руку крепче.
— Спасибо.
И в этот момент Оксана поняла: семья — это не только общие дети. Это доверие. И иногда — второй шанс.
