«Лара, я не намерен ходить вокруг да около: если утром я сказал, что хочу мясные пироги к ужину, значит, к семи часам они должны быть на столе — горячие, ароматные и готовые к подаче», — отрезал Павел Максимович, застёгивая запонки перед зеркалом.
«А если нужно отвезти костюмы в химчистку — делай сразу. Не жди, пока я напомню во второй раз. И не важно, что на улице: метель, ливень или пекло — это не мои проблемы».
На работе Павла Максимовича уважали. Коллеги ценили его за хладнокровие в кризисных ситуациях и готовность помочь советом. Он умел расположить к себе, умел поддержать — настоящий наставник для молодых специалистов.
Но дома маска доброжелательности спадала.
Лариса, его жена, порой ловила себя на мысли, что задерживает дыхание, когда он начинает говорить таким тоном. Но кто она, чтобы спорить? Глава семьи — он.
Они поженились, когда ей было восемнадцать. Она только окончила школу, мечтала поступить в педагогический — ей казалось, что работа с детьми станет её призванием.
Но Павел, с которым она встречалась больше года, поставил условие жёстко и без обиняков:
— Если хочешь быть моей женой, забудь про учёбу. Зачем тратить время? Сиди дома, занимайся хозяйством. О деньгах не беспокойся — моей зарплаты хватит на всех, включая будущих детей. В банке платят достойно, ответственность высокая, но и доход соответствующий.
— Павлик, я согласна, — всхлипнула Лара, — потому что хочу быть рядом с тобой…
— Значит, решено, — твёрдо заключил он. — Ты ни о чём не пожалеешь.
Реальность оказалась не такой радужной.
Вскоре родились две дочки-погодки — Света и Оля. Лариса крутилась как белка в колесе: пелёнки, бессонные ночи, капризы, болезни. Она похудела, потом набрала вес, потом снова сбросила — организм не успевал восстановиться. Под глазами залегли тёмные круги, а отражение в зеркале всё чаще вызывало тоску.
Однажды вечером Павел окинул её оценивающим взглядом и хмуро произнёс:
— На этом пока остановимся. Мне нужен наследник, а ты всё принцесс рожаешь. Дочки — это хорошо, я не изверг. Но давай сделаем паузу. Может, позже, когда-нибудь, порадуешь меня сыном.
— Павлик, как ты можешь так говорить? — обиделась Лариса.
В тот момент она впервые задумалась: а правильно ли она всё сделала?
Но Павел не остановился:
— С тобой даже в люди выйти стыдно. Ты выглядишь так, будто только что с огорода вернулась. Веса набрала лишнего, одежда — одни балахоны. Неужели нельзя привести себя в порядок?
— Я ещё не восстановилась после родов… Почему ты меня упрекаешь?
— То есть я ещё и виноват? Я что, мало денег даю?
— Мог бы няню нанять хотя бы на выходные — у меня бы появилось время заняться собой…
— Нет уж. Для чего тогда ты? Разбирайся сама, когда дети спят.
— Но на мне же ещё уборка, готовка, стирка!
— Ерунда. Справишься.
— Хорошо, что бабушка Степанида помогает. Если бы не она, как бы я продукты покупала? Оставляю ей коляску с девочками, сама — в магазин.
— Магазин в соседнем доме. Подумаешь, помощница.
— И денег мне не хватает даже на еду, не то что на одежду.
— У тебя детские пособия. Мне не лезь. Я и так коммуналку плачу, а благодарности никакой. И помни: квартира принадлежит моей бабушке.
Лариса промолчала. Она знала, к чему ведут споры с Павлом.
Её отец ушёл из семьи, когда ей было девять. Мать тянула младших детей одна. Сестра готовилась к поступлению, но бюджетных мест мало. Брат ещё школьник. Возвращаться некуда.
Она надеялась, что со временем Павел начнёт ценить её труд, увидит, сколько сил она вкладывает в семью. Но пока всё оставалось по‑прежнему.
Неожиданно поддержку оказала свекровь — Таисия Степановна, тихая, хрупкая женщина. Втайне от своего мужа она копила деньги и, приезжая в гости, незаметно подсовывала Ларисе небольшие суммы:
— Возьми, Ларочка. Купи что-нибудь детям или себе. Всё, что смогла собрать… Не стесняйся.
— Спасибо, — только и могла ответить Лариса.
— Тяжело с такими мужьями, — вздохнула свекровь. — Мой-то, Фёдор Иванович, тоже каждую копейку считает. Вот и старшая дочка, Аннушка, сразу после школы уехала — не выдержала. А Павлушенька весь в отца. Хорошо хоть не гуляет…
Но она ошибалась.
На следующий день после её отъезда Ларисе позвонила Марина, школьная подруга — высокая, с длинными русыми волосами, всегда державшаяся с холодной сдержанностью.
— Лара, представляешь, твой Павел сегодня утром предлагал меня подвезти. Настойчиво так. Я отказалась. А потом он приехал ко мне на работу в обед — пришлось резко его осадить.
Одна коллега сказала, что узнала его. Оказывается, он уже два года встречается с Ниной, её двоюродной сестрой.
— Жаль, что я не знала раньше…
— А что бы ты сделала? У тебя двое детей. Тут думать надо, а не рубить с плеча.
— Ещё что-то?
— Да. Он и Нине изменяет. Говорят, недавно был в Таиланде с какой-то подругой. Не знаю точно, но похоже на правду.
— Может быть… Месяц назад он говорил, что едет в командировку. Вернулся через десять дней — загорелый, довольный.
— Теперь картина становится яснее. А ты ещё жаловалась, что денег не даёт. У него такие расходы, что и годовой зарплаты не хватит.
Лариса долго не могла прийти в себя. Теперь она знала: у него есть другая, а может, и не одна. Хотелось плакать, кричать, но это ничего не изменило бы.
Она вздохнула. Зависимость от Павла и его денег держала её в клетке покорности.
Стоит ли бунтовать сейчас? Может, подождать, пока дочки подрастут?
А пока она будет копить каждую копейку — втайне от мужа. Благо свекровь хоть немного помогает.
