Тринадцатилетняя Мария стала слишком часто посещать уборную. Отчим же демонстрировал странную усмешку. Мать отвела ее в медицинское учреждение, где доктора были шокированы увиденным…

Тринадцатилетняя Мария стала слишком часто посещать уборную. Отчим же демонстрировал странную усмешку. Мать отвела ее в медицинское учреждение, где доктора были шокированы увиденным…

«Не может быть!» – пронеслось в голове у Ирины Геннадьевны, когда она заметила за дочерью необычное поведение. Слишком часто Маша запиралась в ванной комнате, откуда доносились звуки, которые нельзя было спутать ни с чем другим.

Мать боялась прямо поговорить с дочерью, опасаясь услышать ужасную правду. Однако, и игнорировать ситуацию было нельзя. Тревожные мысли мучили ее все сильнее. Ирина не желала верить в происходящее.

-Боже, Витя… — шептала она, делясь своими подозрениями с лучшей подругой, Любой, за чашкой чая. — Я считала его таким хорошим, заботливым, идеальным. Думала, что наконец-то мне повезло! После долгих лет с этим мерзавцем, я нашла достойного мужчину. А он? Соблазнял мою Машу, скрывая это от меня? А она… Бедная моя девочка, боялась мне рассказать. Что же мне делать? Как поступить? Не устанавливать же камеры по всей квартире… Это перебор.

Бывший муж Ирины Геннадьевны был настоящим негодяем. Другого слова для описания его поведения не найти. В последние годы его поведение было настолько отвратительным, что женщина все чаще задумывалась о разводе.

-Когда он стал таким? — размышляла она, сидя на кухне у Любочки, которая искренне сочувствовала подруге, но не знала, что посоветовать. Сама она никогда не была замужем и не стремилась к этому.

-Они все одинаковы… — мудро вздохнула Любовь, предпочитая учиться на чужих ошибках. — С одной стороны, если все так серьезно, нужно разводиться. А с другой… У тебя же дочь растет. Ей до совершеннолетия осталось совсем немного. Может, подождешь? Ты же не сможешь без мужчины. А если приведешь кого-то постороннего, может быть еще хуже. Неизвестно, чего от него ожидать. А так – хоть и родной отец. Ну, ругаетесь, скандалите. С кем не бывает. До рукоприкладства еще не доходило. Может, со временем все наладится?

Под «совсем немного» Люба подразумевала целых пять лет. Для Ирины Геннадьевны, уставшей от постоянных ссор с мужем, это была целая вечность. И полбеды, если бы Николай работал и приносил в дом деньги… Но он сидел у жены на шее, утверждая, что активно помогает Ирине с воспитанием дочери.

-Подумай сама, что из нее вырастет, если она уже позволяет себе такое? — возмущался мужчина, отчитав дочь за яркую помаду и откровенный наряд перед приходом жены. — Ты вечно на работе, а я должен молчать? Смотреть, как моя дочь превращается в уличную девку? И после этого ты говоришь, что я плохой отец! Да это ты – ужасная мать! Какой пример ты подаешь Маше? Ей нет восемнадцати, а она возвращается домой поздно, вся накрашенная. Что дальше? Ранняя беременность? И принесет нам ребенка от неизвестно кого? Мы должны принять меры! Если я сказал, что она будет сидеть дома, значит, будет сидеть дома! Я отец. Глава семьи. И моя дочь должна меня слушаться!

На самом деле, Николаю было все равно на Машу. Как и на то, что девушка в последнее время перегибала палку. Все эти скандалы он устраивал, чтобы создать видимость полезности. Мол, воспитывает дочь, пока Ирина работает.

Но Маша ненавидела своего папашу и плакала у матери на плече из-за его оскорблений, что еще больше раздражало Ирину, и без того уставшую от семейных проблем.

Любому терпению приходит конец. У Ирины оно тоже иссякло. Она поняла, что больше не может терпеть ленивого и наглого мужа, который доводит ее и дочь.

-Да Машка пропадет без меня! — самоуверенно кричал Николай, когда жена заявила о разводе. — Ты не сможешь ее воспитывать и контролировать! У тебя же работа! А на дочь тебе плевать! Мне страшно представить, что с ней будет!

-Я как-нибудь разберусь без тебя! — огрызнулась Ирина, сдерживаясь, чтобы не ударить его. Он ей надоел. У нее больше не было сил. Ирина надеялась, что Николай исчезнет из их жизни после развода и не станет общаться с дочерью.

Ее мечта сбылась. После развода Николай забыл о семье. Это доказывало, что Ирине было все равно на дочь. Он ни разу не поинтересовался, как у Маши дела. Об алиментах и говорить не приходилось. Ирина их и не ждала. Хоть Люба и говорила, что «с паршивой овцы хоть шерсти клок», в суд она подавать не стала.

-Пусть идет к черту! — отмахнулась она. — Пусть живет, как хочет. Главное, чтобы не лез к нам. Мы с дочерью натерпелись от него. Больше я его к Маше не подпущу, даже если захочет. Не хватало мне еще скандалов после развода. Я ими и так сыта по горло.

Ирина быстро нашла замену Николаю. Люба была права, подруга не могла долго быть одна. Тем более, что на ее пути встретился Виктор – вежливый и обходительный, да еще и состоятельный. Как перед таким устоять?

В день знакомства у Ирины сломалась машина, и она ждала техпомощь на дороге. Виктор, увидев одинокую женщину, которую чуть не сбили, остановился.

-Вы бы хоть знак выставили! — усмехнулся он. — Еще немного, и вас собьют! Давайте я помогу.

Ирина согласилась. А вечером они сидели в ресторане и разговаривали о жизни. Виктору было за сорок, но он ни разу не был женат. Не складывалось.

-Не встретил ту женщину, которая смогла бы меня покорить! — отшучивался он.

Ирина тоже разоткровенничалась, рассказав о тяготах брака. Она не могла представить, что влюбится в Виктора. Да и он не мог забыть Ирину после первой встречи. Она была такой нелепой и беззащитной, что Виктору захотелось заботиться о ней. Что он и сделал вскоре, поняв, что Ирина – та самая женщина, которая глубоко засела в его сердце.

-Ох, подруга… — вздохнула Люба, когда Ирина объявила о замужестве. — Не торопишься ли ты? Только развелась, а уже в новый омут с головой. Как к твоему поклоннику относится Маша? Они ладят? У тебя же есть дочь. Нужно учитывать ее интересы.

Маше было все равно на дела матери. У нее были свои проблемы. Из-за нервного стресса она сильно прибавила в весе, что стало поводом для насмешек одноклассников.

Девочка и так не пользовалась авторитетом в школе, а после изменений во внешности – тем более. Ребята не упускали возможности подколоть Машу, которая принимала их слова близко к сердцу.

-Она скоро как колобок будет! — хохотали одноклассники. — В дверь не пройдет. Растолстела. Машка, худей! Иначе твои родители разорятся на ремонте школы, когда ты все дверные косяки посшибаешь!

Девочка замкнулась в себе. Матери о проблемах в школе она не рассказывала. А Ирина была увлечена отношениями с Виктором и не замечала, что происходит с дочерью, считая ее взрослой. Люба была права. Через несколько лет девочка вырастет, перестанет нуждаться в поддержке родителей и начнет строить свою жизнь.

Ирина мечтала о новых детях. Она была еще молода, а у Виктора не было своих детей. Он не знал отцовского счастья. Встретив достойную женщину, он впервые задумался об этом.

И теперь, когда у Ирины возникли подозрения, ее планы на будущее могли рухнуть. Она не могла поверить в происходящее.

-Ну как же так, Любань? — сокрушалась она. — Неужели я полюбила подонка? Который хуже, чем мой Николай…

Ирина перерыла вещи Виктора и дочери, надеясь найти доказательства своим подозрениям. Даже следы с простыней, собранные на ватную палочку, отнесла в лабораторию. Любе это казалось смешным.

-Неужели ты думаешь, что если твои догадки верны, они делают это дома? — усмехнулась она.

-А где же еще? — воскликнула Ирина. — Не в гостиницу же он ее возит? Витя целыми днями на работе, но иногда заезжает домой. У него свой бизнес. Этого времени хватит для того, чтобы… Ты понимаешь.

Пока Ирина вела расследование, состояние Маши ухудшалось. Каждое утро девочка закрывалась в ванной, где проводила около получаса

Ирина не находила себе места. Она всё чаще ловила на себе усмешку Виктора — ту самую, что появилась в последнее время и заставляла её сердце сжиматься от дурного предчувствия.

Однажды утром, когда Маша снова надолго заперлась в ванной, Ирина решилась: она тихонько подошла к двери и прислушалась. Звуки, доносившиеся изнутри, подтвердили самые страшные опасения — девочка вызывала у себя рвоту.

«Боже мой… — похолодела Ирина. — Она что, решила бороться с лишним весом таким способом?!»

В тот же день она решительно повела Машу к врачу. В клинике их направили к нескольким специалистам. Гастроэнтеролог, проведя обследование, с облегчением сообщил:

— С желудочно‑кишечным трактом у вашей дочери всё в порядке. Но я бы рекомендовал консультацию психолога и диетолога. Похоже на расстройство пищевого поведения.

Психолог, беседовавший с Машей наедине, позже объяснил Ирине:

— У вашей дочери нервная булимия. Это серьёзное расстройство, которое часто развивается на фоне стресса и низкой самооценки. Судя по всему, её сильно травмируют насмешки одноклассников. Она пытается контролировать вес экстремальными методами, а чувство вины после срывов заставляет её избавляться от еды.

Ирина была потрясена. Она обняла дочь и сквозь слёзы прошептала:

— Прости меня, родная. Я совсем тебя не замечала…

Маша разрыдалась и впервые за долгое время рассказала матери обо всём: о насмешках в школе, о чувстве одиночества, о том, как пыталась справиться с проблемами сама.

— А Виктор… — нерешительно начала Маша. — Он несколько раз заходил ко мне в комнату, когда я плакала. Говорил, что я красивая, что вес — это ерунда. Предлагал «расслабиться» и выпить вина… Я отказалась, но он всё равно пугал меня. Смотрел так странно…

У Ирины потемнело в глазах. Теперь она поняла причину его усмешек — он наслаждался её беспомощностью, её метаниями между подозрениями и сомнениями. Он играл с ними обеими.

Вернувшись домой, Ирина дождалась Виктора и твёрдо сказала:

— Собирай вещи. Ты уходишь. Сейчас же.

Виктор изменился в лице:

— Что за глупости? Ты с ума сошла?

— Не притворяйся. Я всё знаю. И если ты не покинешь этот дом в течение часа, я обращусь в полицию. У меня есть записи наших разговоров, где ты проговаривался.

Он побагровел, но, увидев решимость в её глазах, понял — спорить бесполезно. Молча собрал чемодан и ушёл.

С этого дня жизнь Ирины и Маши начала меняться. Они вместе посещали психолога, учились доверять друг другу и говорить о проблемах. Маша постепенно восстанавливалась: под наблюдением диетолога она нормализовала питание, а групповые занятия с подростками, столкнувшимися с похожими трудностями, помогли ей обрести уверенность в себе.

Через несколько месяцев она даже записалась в секцию плавания — спорт помог привести тело в тонус, а новые знакомства дали возможность завести друзей.

Ирина больше не гналась за идеальными отношениями. Вместо этого она сосредоточилась на том, что действительно имело значение: на доверии, поддержке и любви, которые они с дочерью теперь дарили друг другу каждый день.