— Кто не работает, тот не ест! – крикнула свекровь, отнимая у невестки еду, — Иди работу ищи, а не холодильник опустошай!
— Кто не работает, тот не ест! – крикнула свекровь, отнимая у невестки еду, — Иди работу ищи, а не холодильник опустошай!
— Нет, ну вы посмотрите на неё! Скоро уже в дверной проём не влезет, а всё равно с кухни не выгнать! – бормотала себе под нос Евгения Борисовна, косясь на невестку, доедающую творожный сырок.
Элина обернулась, но свекрови в коридоре уже не оказалось. Наверное, ей померещилось, и женщина вовсе не выходила? Зачем ей ворчать? Жалко еду, что ли? Точно почудилось!
Ругая себя за то, что в последнее время действительно много ест, Элина поджала губы, завернула половину сырка и убрала в холодильник, так как от аппетита не осталось и следа. Почудится ведь всякое! Наверное, это совесть взывала к ней и корила? Ведь действительно за последние пару месяцев набрала женщина немало. Погладив свой округлившийся животик, Эля пошла в комнату. Всё, чего ей хотелось в последнее время, – есть и спать. А ведь срок ещё был небольшой! Всего шесть месяцев. Сколько же она наберёт дальше? Её уже и врач ругал, говорил, что следует ограничивать себя в еде, и набор веса превышает установленные нормы. Кто их устанавливал, оставалось большим вопросом, конечно же.
Войдя в комнату, Элина прилегла и практически сразу уснула. Ей снилось что-то невероятно приятное, но в сон вторглось такое знакомое ворчание свекрови:
— Смотри какая! Стирать надо, убираться, а она спит!..
Дверь скрипнула, Эля распахнула глаза, но в комнате никого не оказалось. Наверное, снова померещилось? Возможно, совместное проживание со свекровью накладывало свой отпечаток? Юра, муж Эли, предлагал ей снять квартиру, пока в их полным ходом идёт ремонт, но как только свекровь предложила пожить у неё, женщина ухватилась за эту идею. Ну а почему бы и нет? Муж и без того работает без отдыха, расходы у них немаленькие, а Эле врач крайне не рекомендовал работать, так как существовала угроза выкидыша, поэтому пришлось постоянно брать и продлять больничный. Начальство такое не жаловало. Эле начали угрожать и требовать, чтобы она написала заявление по собственному желанию. Ей сказали, что найти, за что её уволить не составит труда, но в таком случае трудовая будет запятнана, и работу нормальную найти после декрета не удастся. По закону не могли, конечно, можно было продолжать стоять на своём, но нервы окончательно расшатались. Муж сказал, что они без этих выплат не пропадут, и Эля должна написать заявление, а дальше как-то разберутся. Пытаясь брать подработку, писать рефераты для школьников, Эля выматывалась. Тяжело ей давалось сидение за компьютером, а муж вообще ругался и говорил, что она должна подумать в первую очередь о ребёнке, ведь всех денег в любом случае не заработаешь.
Закинув вещи в стиральную машину, Элина снова пошла на кухню. Она открыла холодильник, прошлась взглядом по полкам и остановилась на аппетитном куске колбасы, которую они с мужем вчера купили. Уж очень захотелось чего-нибудь мясного.
— Кто не работает, тот не ест! – крикнула свекровь, залетев на кухню. Она отняла у Элины колбасу и строго посмотрела на ту. – Иди работу ищи, а не холодильник опустошай!
Эля напоминала каменное изваяние, глядя на свекровь удивлённо и одновременно безразлично. Казалось, что это шутка, но вот не было ясно – пора ли смеяться. Моргнув, молодая женщина ощутила болезненное потягивание в низу живота.
Элина схватилась за живот, едва устояв на ногах. Боль была резкой, неожиданной — такой, что на мгновение потемнело в глазах.
— Что с тобой? — в голосе свекрови вдруг прорезалась тревога, сменившая недавнюю язвительность.
— Живот… — прошептала Элина, с трудом выговаривая слова. — Болит…
Свекровь растерянно огляделась, будто искала подсказку в привычных кухонных предметах. Потом, словно очнувшись, бросилась к телефону.
— Вызываю «скорую»! — крикнула она, дрожащими пальцами набирая номер.
Пока ждали врачей, Евгения Борисовна суетилась вокруг невестки: подложила под спину подушку, принесла воды, то и дело спрашивала, не стало ли хуже. В её глазах читалась неподдельная тревога — та, что сметает на своём пути все прежние обиды и разногласия.
В больнице всё завертелось с невероятной скоростью. Элину тут же увезли на обследование, а свекровь осталась в коридоре, нервно сжимая в руках сумочку. Часы тянулись мучительно долго. Наконец, вышел врач.
— У вашей невестки угроза преждевременных родов, — спокойно, но твёрдо произнёс он. — Ей нужен полный покой, строгая диета и постоянное наблюдение. Если хотите сохранить ребёнка — никаких стрессов, никакой работы, только отдых и забота.
Свекровь побледнела. Слова врача будто ударили её наотмашь, заставляя переосмыслить всё, что происходило в последние месяцы.
— Я… я понимаю, — пробормотала она, с трудом подбирая слова. — Я буду заботиться о ней. Обещаю.
Когда Элину перевели в палату, Евгения Борисовна первой вошла к ней. Она молча поставила на тумбочку букет цветов, села рядом и тихо сказала:
— Прости меня, Элина. Я была неправа. Давай забудем всё, что было. Сейчас главное — твой малыш.
Элина посмотрела на свекровь и впервые за долгое время увидела в её глазах не упрёк, а искреннюю заботу. Она слабо улыбнулась и кивнула.
— Спасибо, — прошептала она.
С этого дня всё изменилось. Свекровь взяла на себя все домашние дела: готовила лёгкие, полезные блюда, следила за режимом Элины, встречала её после врачебных осмотров. Она больше не ворчала, не упрекала, а лишь мягко напоминала:
— Отдохни, Эля. Я всё сделаю. Ты должна беречь себя и малыша.
Постепенно боль отступила, угроза миновала. Элина начала чувствовать себя лучше, а её отношения со свекровью постепенно теплели. Они стали разговаривать по душам, делиться переживаниями, вместе мечтать о будущем малыше.
Через несколько месяцев Элина родила здорового мальчика. В роддоме, держа на руках своего первенца, она посмотрела на свекровь, которая стояла рядом с мокрыми от слёз глазами, и тихо сказала:
— Спасибо вам. Без вас я бы не справилась.
Евгения Борисовна улыбнулась, осторожно погладила внука по крошечной ручке и ответила:
— Теперь мы одна семья. И будем заботиться друг о друге.
Так, через боль и испытания, в их доме наконец воцарились мир и взаимопонимание. А маленький человечек, появившийся на свет, стал не только радостью для родителей, но и тем самым мостом, который соединил два сердца, прежде разделённые непониманием.
