Улетая в отпуск с мужем начальницы, счастливая женщина ждала его в аэропорту. Вдруг к её руке прикоснулась молодая цыганка и прошептала:

Улетая в отпуск с мужем начальницы, счастливая женщина ждала его в аэропорту. Вдруг к её руке прикоснулась молодая цыганка и прошептала:
— Сдай билет, вернись на работу и загляни в свой кабинет. Решив поверить цыганке, девушка так и сделала. Но, открыв дверь своего кабинета, она оцепенела…

Марина Волкова ненавидела ранние подъёмы, но в этот раз проснулась за полчаса до будильника. Утреннее солнце пробивалось сквозь жалюзи, рисуя узоры на стене. Она потянулась и улыбнулась: через несколько часов начнётся отпуск её мечты — две недели у Средиземного моря, вдали от офиса, отчётов и бесконечных совещаний. И — главное — две недели с мужчиной, которого она любила больше жизни. Чемодан был собран ещё вчера. Марина подошла к зеркалу. Карие глаза блестели, каштановые волосы мягко ложились на плечи, лёгкий загар делал её особенно привлекательной.

— Ты заслужила счастье, — прошептала она отражению.
Телефон завибрировал.
«Доброе утро, любимая. Увидимся в аэропорту. Регистрация в 10:30».
Сергей Радов. Муж её начальницы.

Их роман начался полгода назад на корпоративе. Елена была в командировке, Сергей пришёл один — высокий, обаятельный, с серыми глазами. После нескольких бокалов шампанского он признался, что несчастлив в браке. С того вечера всё закрутилось: тайные встречи, удалённые сообщения, звонки без следов. Марина знала, что поступает неправильно, но любовь оказалась сильнее страха.

Когда Сергей предложил вместе улететь в Турцию, она согласилась не раздумывая. Елена должна была быть в Сингапуре. Две недели свободы. В аэропорту Марина оказалась заранее. Сергей опаздывал. В 10:20 раздался звонок — не от него.

— Марина Александровна, это из приёмной Елены Викторовны. В отчёте обнаружены ошибки. Она просит вас срочно вернуться.
Марина отказалась, солгав, что уже зарегистрировалась. Через несколько минут позвонил Сергей. Его голос был напряжённым.

— Елена отменила поездку. Она в офисе. И, кажется, что-то подозревает.
Мир поплыл перед глазами. Сергей говорил о риске, о деньгах, о том, что развод его уничтожит.

— Подожди меня в аэропорту, — сказал он. — Я приеду через час.
Марина осталась одна среди шума и чемоданов. Полчаса прошло в тревожном ожидании. И тут рядом с ней остановилась молодая цыганка в яркой юбке.

— Красивая девушка скучает одна? Или ждёт любовника?
Марина вздрогнула.

— Ты летишь с чужим мужем, — тихо сказала цыганка, взяв её за руку. — Он ведёт тебя в ловушку.

— Кто вы такая? — резко спросила Марина.

— Никто. Но я вижу опасность.
Цыганка наклонилась ближе:

— Сдай билет. Вернись на работу. Загляни в свой кабинет. Там ты найдёшь

Там ты найдёшь правду, которую ищешь, — договорила цыганка и растворилась в толпе, словно её и не было.

Марина стояла, не в силах пошевелиться. Логика кричала, что бредовая женщина — просто мошенница, каких много в аэропортах. Но сердце колотилось где-то у горла, выстукивая странный ритм: «Проверь. Проверь. Проверь».

Она посмотрела на часы. Сергей сказал «через час». Значит, время есть. Марина сдала билет — кассирша удивлённо подняла бровь, но переоформила возврат почти мгновенно. Такси до офиса — двадцать минут. С каждой минутой дрожь в пальцах становилась сильнее.

Здание стояло тихое — суббота, выходной. Охранник удивился, но пропустил, помня, что Марина — правая рука Елены Викторовны. Лифт поднимался невыносимо медленно. Коридор третьего этажа тонул в сером свете, пробивавшемся сквозь закрытые жалюзи.

Ключ повернулся в замке её кабинета с мягким щелчком. Марина толкнула дверь.

И оцепенела.

На её столе, прямо на коврике для мыши, лежал раскрытый ноутбук Елены Викторовны. На экране горело видео — запись с камеры наблюдения. Марина узнала себя и Сергея: они целовались в подсобке неделю назад. Но не это заставило кровь застыть в жилах.

Рядом с ноутбуком, в стакане для ручек, торчал билет. На одном экземпляре значилось: «Елена Викторовна Радова. Москва — Сингапур. Отменён». На другом, только что распечатанном: «Елена Викторовна Радова. Москва — Анталья». Та же дата. Тот же рейс, что был у Марины и Сергея.

За спиной скрипнул пол.

— А я надеялась, что цыганка опоздает, — раздался спокойный, ледяной голос начальницы. — Или что ты окажешься умнее.

Марина медленно обернулась. Елена стояла в дверях — белоснежная блузка, идеальная укладка, на губах полуулыбка. В руке — телефон. На экране — переписка Марины и Сергея, вся, до последнего удалённого сообщения.

— Ваш отпуск, Мариночка, состоится, — Елена шагнула в кабинет. — Но лететь вы будете одна. И в командировку. В Норильск. На три месяца. Контракт с «Северсталью» уже подписан. А мой муж… — она наклонилась к самому уху подчинённой, — только что прислал мне видео с объяснительной. Он любит деньги больше, чем вас. И выбрал меня. Как всегда.

Телефон Марины завибрировал. Она машинально взглянула на экран. Сообщение от Сергея: «Прости, малыш. Она всё знает. Улетаю один. Мы квиты. Запомни: я тебя не звал. Ты сама напросилась в аэропорт».

Внизу, на парковке, хлопнула дверца такси. Марина посмотрела в окно. Сергей садился в машину, даже не обернувшись к зданию.

— Ну что, Волкова, — Елена отодвинула кресло и села, положив ногу на ногу. — Начнём разбор полётов? Или сначала поплачем?

Марина сжала кулаки, чувствуя, как по щеке скатывается единственная, самая горькая слеза. Цыганка была права — она нашла в своём кабинете не просто правду. Она нашла конец иллюзиям и начало настоящей, суровой жизни без принца на чужом коне.