В их первую брачную ночь Денис осторожно расстегнул платье на Ксении. Но стоило ткани соскользнуть с ее плеч, как он замер, увидев ЭТО. В следующую секунду он, не издав ни звука, выбежал из спальни.
В их первую брачную ночь Денис осторожно расстегнул платье на Ксении. Но стоило ткани соскользнуть с ее плеч, как он замер, увидев ЭТО. В следующую секунду он, не издав ни звука, выбежал из спальни.
— Денис, миленький, что случилось? — Ксения стояла посреди комнаты, растерянно глядя на закрывшуюся дверь. — Ты можешь мне объяснить, что произошло?
Она любила его всем сердцем. Это была та самая ночь, которую они ждали долгие месяцы. Ксения была смущена и совершенно раздавлена: человек, для которого она берегла себя до свадьбы, оттолкнул ее в самый интимный момент, едва она сняла платье.
Денис же, не в силах подобрать слова, пулей вылетел из дома. Его родители, Наталья Сергеевна и Игорь Петрович, встревоженные шумом, вышли в коридор. Они попытались окликнуть сына, но тот даже не обернулся. Ему нужно было остаться одному.
В смятении Денис добежал до берега реки на окраине поселка. Он обхватил голову руками и зарыдал.
«Это не может быть простым совпадением!» — лихорадочно думал он, не веря в злую иронию судьбы. Мир рухнул в тот миг, когда он увидел на груди любимой женщины ту самую отметину. Он понимал, что рано или поздно ему придется вернуться и поговорить с отцом. Но не сейчас. Только не сейчас.
— Ксюшенька, что у вас стряслось? — взволнованно спросила Наталья Сергеевна, увидев невесту, спускающуюся по лестнице.
Роскошное свадебное платье, вызывавшее зависть всех подруг, было небрежно наброшено и помято. Девушка едва видела дорогу из-за слез. Ей было слишком больно отвечать на вопросы свекра и свекрови. Не проронив ни слова, она выбежала за ворота, поймала первую попутку и уехала к матери.
Когда Ксения переступила порог родительской квартиры, она разрыдалась в голос. Елена Андреевна похолодела от ужаса: дочь в размазанном гриме и в измятом подвенечном наряде выглядела как тень самой себя.
— Что он сделал, доченька? — причитала мать. — Он тебя обидел?
Она всегда была уверена в Денисе. Лишь один старый секрет не давал ей покоя, но Елена Андреевна привыкла не ворошить прошлое. Однако, выслушав сбивчивый рассказ дочери о странной реакции мужа, женщина мгновенно поняла
— Мама, он увидел что-то на моей груди… — Ксения всхлипывала, прижимая руки к разорванному лифу платья. — Какое-то пятно. Я даже не знала, что оно там. Он посмотрел на меня как на чудовище и выбежал.
Елена Андреевна вдруг побелела. Она медленно опустилась на стул, и её руки задрожали.
— Покажи, — глухо попросила она.
Ксения, всхлипывая, скинула платье до пояса. На левой груди, чуть выше сердца, действительно темнело небольшое родимое пятно странной формы — будто лепесток или крошечное пламя.
— Господи… — выдохнула мать. — Значит, вот оно что.
— Ты знала о нём?
Елена Андреевна закрыла лицо ладонями. Ей вдруг стало тяжело дышать. Прошлое, которое она так старательно хоронила двадцать пять лет, смотрело на неё с дочерней груди.
— Ксюша, сядь, — тихо сказала она. — Я должна рассказать тебе одну историю. Очень давнюю. О том, как молодая медсестра влюбилась в женатого хирурга. Как родила от него девочку, а он уехал в другой город, даже не зная, что станет отцом. И как та девочка выросла и случайно встретила его сына…
В комнате повисла тишина, которую нарушал только всхлип Ксении.
— Ты хочешь сказать, что Игорь Петрович… — начала она и осеклась.
— Твой биологический отец, — закончила за неё Елена Андреевна. — А родимое пятно — такое же, как у него и у Дениса. Я видела у Дениса — точно такое, на левом плече. Он узнал его у тебя. Он понял всё.
— Значит, мы брат и сестра? — шёпот Ксении был похож на треск льда.
— По отцу. Да.
Ксения рухнула на колени. Та ночь, которая должна была стать началом их общей жизни, обернулась кошмаром. Она любила Дениса — и вдруг оказалось, что их любовь под запретом самой природы.
А в это время Денис сидел на холодном берегу, обхватив колени. В голове билась одна мысль: «Отец изменил матери. У него есть дочь. Моя жена — моя сестра». Он вдруг вспомнил, как отец иногда странно смотрел на Ксению на семейных ужинах, как однажды обмолвился: «Что-то есть в ней знакомое». Тогда Денис не придал значения. А теперь…
Он встал и побрёл обратно, к дому. Предстоял разговор с отцом. Самый страшный разговор в его жизни. Но Денис знал: правду, как бы она ни ранила, нужно встретить лицом к лицу.
Он перешагнул порог родительского дома, где ещё пахло шампанским и цветами. Наталья Сергеевна и Игорь Петрович сидели на кухне. Увидев сына, мать заплакала.
— Денис, что случилось? Где Ксения?
— Отец, — Денис посмотрел прямо на Игоря Петровича. — У тебя есть что мне сказать.
Взгляды мужчин встретились. Игорь Петрович медленно побледнел. Он понял всё без слов.
— Денис, — начал он, и голос его дрогнул, — я виноват перед тобой. Перед всеми вами. Но клянусь — я не знал. Я не знал, что она моя…
— Не продолжай, — перебил Денис, и комната поплыла перед глазами. — Я не хочу слышать это от тебя. Пусть Ксения решает, как нам жить дальше. Но наша свадьба… — он запнулся, — её больше нет.
Он вышел на улицу, достал телефон и набрал номер Ксении. Долгие гудки, потом тихий, разбитый голос:
— Да…
— Ксюш, — Денис судорожно вздохнул, — мы должны поговорить. Не как муж и жена. Как… те, кому судьба подложила самую жестокую шутку. Я всё понял. Прости меня за побег.
— Твоя мама… мама моя… — Ксения не могла говорить связно.
— Знаю. Встретимся у старого моста. Через час.
Он сбросил вызов и уставился на чёрное небо. Где-то там, над ними, всё ещё кружились гости, не зная, что сказка превратилась в античную трагедию. А впереди была только пустота — и тяжёлый выбор: хранить чудовищную тайну или разбить две семьи, рассказав правду.
Денис знал одно: любить Ксению по-прежнему он не перестал. И это было самым невыносимым.
